мое главное -- не хватит кислорода. Даже жидкого. Тогда -- быстрая,
неотвратимая смерть. Разве лишь, если утихнет ветер, успокоится океан... Но
и в этом случае он останется без электрической энергии, будет осужден на
неподвижность. Он не сможет искать...
Голова горела, губы от жажды спеклись... Горелов сделал маленький,
скупой глоток воды, погрузился на несколько десятков метров в глубину и,
едва почувствовав ее свежесть и прохладу, вновь устремился на поверхность.
Приподнявшись над ней на одно лишь мгновение, он осмотрел жадными глазами
по-прежнему пустынный горизонт и круто повернул с запада на север, наперерез
волне. Теперь она непрерывно накрывала его шлем, плыть приходилось, почти
ничего не видя вокруг себя, и это заставляло его часто погружаться, высоко
выскакивать из воды и осматриваться. Правда, шлем охлаждался, было легче
переносить зной, но мучительно тревожило отсутствие видимости, слепота...
Солнце упорно, неуклонно склонялось к
Далее|
Назад