смерти. На глазах у всех повязки. Лидия Сергеевна заметила в стенке ямы перерезанный корень. Он был разрублен лопатой, кожа сорвана; словно голый, он белел в черной земле. "Наверно, корень этого дерева, - подумала Веретягина, взглянув на молодой дубок у ямы, - бедненький, ему больно". Японский офицер, судя по погонам, в чине, равном подпоручику, медленно снял с себя шашку с ремнями, потом мундир и повесил все это на сучок дуба. Солдаты, хмуро поглядывая на приговоренных, насаживали на винтовки штыки. Увидев постороннюю женщину, один из них, замахнувшись винтовкой, отогнал ее от могилы. Лидия Сергеевна чуть-чуть отошла и остановилась, продолжая наблюдать. Повесив мундир, офицер вынул из ножен шашку и потрогал лезвие большим пальцем. "Он снял мундир, - отметила Веретягина, - чистоплотен, наверно, аристократ. Сейчас он убьет", - и затаила дыхание. Офицер подошел к приговоренным сзади, взмахнул шашкой и, издав гортанный крик, рубанул по шее
Далее|