отца Мефодия. До соседнего села
было около сорока верст. Поп предлагал подводу, но Тропарев отказался. Он
хотел без посторонних все хорошенько обмозговать. Наступили решающие дни.
Не доходя до села, устроили привал, разложили под скалистым мысом костер.
Фельдфебель и Лидия Сергеевна молча сидели возле него, ожидая, пока закипит
помятый жестяной чайник. Афанасий Иванович задумчиво смотрел на огонь, не
обращая внимания на полчища гнуса, вьющегося над головой. "Раб твой гибнет в
неверии, - вздыхал он. - Тело черви сожрут, душу неведомо како устроит
господь".
Скала, у которой они расположились, была похожа на человеческую голову.
Плоское гранитное лицо, раскосые глаза, мохнатая папаха. Веретягина долго не
могла отвести взгляда. Когда над скалой проходило облако, ей почудилось, что
скала валится на нее, и она отвернулась. Теперь она увидела дерево, похожее
на пальму, росшее, как ей показалось, прямо из камней. Листья большие,
метровые, перистые. Особенно ее пора
Далее|
Назад