одобно грекам и римлянам, чтобы возвысить наше происхождение:
слава была колыбелию народа русского, а победа - вестницею бытия его". Нет,
это уже не отец говорил, это писал Карамзин. Отец любил читать вслух этого
замечательного историка... "Зная, что мы храбрее многих, не знаем еще, кто
нас храбрее. Мужество есть великое свойство души; народ, им отличенный,
должен гордиться собою". О любви к отечеству, о народной гордости писал
Карамзин. Об этом же говорил и отец... Мысли толпились, не давали Феде
покоя.
"Но как же те, враги? - думал Великанов. - Они тоже говорят, что любят
Россию. Нет, не любят - они открыли двери для интервентов. А капитан Гроссе?
Он тоже враг". Юноша вспомнил, как Оскар Казимирович разговаривал с ним в
каюте на погибшем корабле. Ему сделалось горько. "Почему я поверил в доброту
врага? Мадам Веретягина действовала открыто, она стреляла мне в грудь. А
Гроссе прятал свои мыслишки. Он не захотел уйти с командой в Императорскую
га
Далее|
Назад