стрел. С подволока полетели щепки и куски старой краски.
Партизаны отняли у Телятьева наган.
Американец сегодня был совершенно трезв. Его мясистые руки тряслись
больше, чем всегда.
- Я осуждаю японскую методу, - сказал Фостер. - Я служил у генерала
Гревса и знаю, что японцы одобряли атамана Калмыкова, атамана Семенова,
генерала Иванова-Ринова. О-о, это палачи! Генерал Гревс был всегда
либералом, американцы никогда...
- Господин Фостер, - вежливо перебил его Репнин, - находясь на нашей
земле незваными, американцы делали возможным любое насилие со стороны белых.
Теперь наш народ знает это... Вы, кажется, хотите еще что-то сказать?
- Да, - покосился на японца Фостер. - Я бы не желал оставаться вместе с
капитаном Тадзима. Прошу дать мне отдельную лодку.
- К сожалению, у нас и так не хватает шлюпок, - ответил Обухов, -
обойдетесь.
Репнин отвернулся, скрывая улыбку.
Матросы с веселыми шутками мигом подали шлюпку на воду, за
Далее|
Назад