ки замечали растворявшийся в береговой синеве
силуэт "Синего тюленям. Они переглядывались и, словно сговорившись, не
докладывали по начальству.
А Моргенштерн посылал на Полтавскую и в штаб флотилии депеши, просил
помощи. О соболиных шкурках он умалчивал, поэтому телеграммы получались
путаными; его запрашивали, просили разъяснить - он снова путал... Все эти
дни он ни о чем не мог думать, кроме проклятых миллионов.
Вот барон выпрямился, дико посмотрел вокруг, нажал кнопку звонка.
Почти тотчас же появился вестовой.
- Братец, - сказал старший лейтенант, - принеси мне партизана с лимоном,
бог мне на шапку послал, а они украли.
Вестового испугали и непонятное распоряжение, и мутные, бессмысленные
глаза командира.
- Ваше благородие, - спросил он, отступив к двери, - вам чай с лимоном?!
- Чай с лимоном? Ты шутишь, браток. - Маленькое личико барона еще больше
сжалось, выражая крайнюю брезгливость. - Разве лимон стоит десять миллионов
долларов?..
Далее|
Назад