м он подпрыгнул,
затряс побрякушками на поясе. Движения становились все быстрее. Бизанка
падал на колени, вздымал руки, кричал, ругался. Голос его стал резче,
тверже. Теперь он вел разговор с духом Севона, как равный с равным.
- А-та-та-та-та! - вдруг заголосил он.
"Шаман", - догадался Евграф Спиридонович, хотя раньше ему не доводилось
видеть камлания.
- Чо-чо-ши-ши, - продолжал шуметь старик.
"Слышно верст на пять, - подумал буфетчик. - Тихо сейчас в тайге".
Колдовство продолжалось недолго - четверть часа, не больше. Под конец
Бизанка, с перекошенным судорогой лицом, переломил палку, один конец которой
был копьем, а на другом вырезана человеческая голова. Сломать палку-жезл
означало объявить войну.
Бизанка как-то сразу замолк и деловито снял пояс и тальниковый венец. Дух
Севона, должно быть, дал ему свои указания.
Орочи обменялись на своем языке короткими фразами и без суетливости, но
быстро стали куда-то собираться.
- Наша тебе по
Далее|
Назад