лись они страшно, а потом ничего, столковались. - Евграф
Спиридонович достал платок и долго вытирал лицо. - Сестрица-то милосердия
говорит: тебя повесить. Вот я и подумал - не пропадать же молодому...
Новые грозные опасности встали во весь рост, но Федя уже привыкал
встречать их лицом к лицу. Планы один другого смелее обуревали его.
Буфетчик принес табуретку, сел на нее, положил руки на колени и молчал.
Он понимал, что Феде сейчас мешать не следует.
- Эх, Евграф Спиридонович! - сказал Великанов, нервно покусывая губы. -
Пропасть-то, может, не пропадем. Но как же ты про одежду забыл: полдела для
меня штаны-то. Говорил же капитан, что я голый здесь...
- Совсем из ума вышибло, - виновато отозвался старик. - Ты все равно
время-то не тяни, а то солдаты нагрянут... От человека, который стыд совсем
потерял, всего ждать можно - это я про капитана, Федя.
Буфетчик пригладил пропотевшие волосы.
- Вчера поручик двух солдат, считай, до смерти запорол. Лидия
Далее|
Назад