ье фамильные бриллианты и
покинула столицу Приамурского края. Разведка донесла правителю, что отъезд
его супруги, упомянутый какой-то газетой, вызвал разные толки среди
населения. Это очень, очень неприятно...
Генерал-лейтенант ежился от пророчеств жены. Но что делать? И он
продолжал разъезжать в своем вагоне, распоряжался, наказывал, благодарил. И
везде, почти не думая, как-то по инерции произносил высокие,
сердцещипательные слова: "Последний клочок России", "Последний национальный
росток", "Впервые в нашей непримиримой борьбе с Советской властью
воздвигнуто знамя светлой великой идеи", "Пора проникнуться всей душой, что
нам уходить отсюда, из Приамурья, нельзя"...
Генерал еще раз мрачно вздохнул, вошел в купе, переложил с места на место
давно прочитанные телеграммы, прилег на диван, закрыв глаза рукой.
Поезд наконец тронулся Дитерихс почувствовал плавное покачивание вагона и
незаметно задремал.
Рядом со спальней правителя
Далее|
Назад