разу потеряло свой блеск, свою
привлекательность, свое очарование?
Зоолог сделал резкий протестующий жест... Нет, нет!
Опять эта идиотская мысль! Это же глупо, наконец! Ну, при чем тут...
Он досадливо пожал плечами под скафандром.
Ну ладно! Он не возражает. Этого не следовало делать. Проболтался,
старый дурак! Да, да, дурак! Дурак! Трижды дурак!
Он ненавидел себя в этот момент.
Ударом ноги он отшвырнул мирно глотавшую ил голотурию, за которой
должен был наблюдать.
Ну, хорошо, пытался он успокоить себя. Пусть так.
Проболтался. Это факт -- ничего не поделаешь! Но что же тут, в конце
концов, ужасного? Надо рассуждать хладнокровно. Какое это, в конце концов,
имеет значение? Ведь он рассказал не первому встречному... Это даже не
просто рядовой член команды подлодки. Ведь это же главный механик! Главный
механик боевого, единственного в мире по мощи и по значению
Далее|
Назад