тник, Курочкин и кочегары,
они отвезут вас.
- Я тоже остаюсь, - сказал японский офицер. Судьба подготовила капитану
Гроссе еще один удар. На борт парохода поднялись запыхавшийся старший
механик Фомичев и еще несколько человек - машинисты и кочегары. За ними
вступил на палубу радиотелеграфист Иван Курочкин; он тихонько проскользнул в
радиорубку.
- Я отказываюсь находиться в лагере, господин капитан, - без предисловия
начал механик. - Этот контра поручик застрелил Петьку Безбородова и старого
ороча. Как собак! - Стармех все повышал голос. - Я возвращаюсь на свой
пароход, и никто мне не запретит это сделать. Все. - И Фомичев пошел на
кормовую палубу.
За ним двинулась машинная команда. И тут Николай Анисимович увидел...
Великанова. Он рванулся было к нему с радостным восклицанием, но потом сник,
опустил голову и зашагал дальше.
Гроссе бледнел и краснел. Волосы на его затылке поднялись. Сжав маленькие
кулачки, он посмотрел вслед механикам, затем к
Далее|
Назад