иной раз просит спокойствия, тишины, просто времени. А его-то у них как раз в обрез... Минуты шли, а Великанов ничего не мог придумать. На гладь бухты из-за мыса вывернула большая орочская лодка - унимагда. Два человека, на носу и на корме, дружно опускали в воду короткие широколопастные весла... - Эй, эй! - не раздумывая, закричал Федя, размахивая руками. - Сюда-а! Лодка повернула к берегу. Она уже подходила, когда с пригорка на берег побежали какие-то люди. Федя подхватил Таню на руки и пошел навстречу лодке. Дно здесь было отмелое. Ороч, сидевший на носу, помог принять девушку. Едва не перевернув лодку, взобрался Федя. Уннмагда стрелой помчалась к пароходу. - Твоя отец лесник Степан? - спросил Таню старший ороч. - Шибко хороший человек Степан, много наши люди помогай. С берега треснули револьверные выстрелы. Это Федоркин. Но лодка была уже далеко. Лица орочей, как всегда, были невозмутимы. Они покуривали трубки, словно и не слыхали
Далее|