хотя бы одно слово. - Пусть жгут, пусть расстреливают, я не подведу".
В глазах девушки Федя был отважным борцом за Советскую власть, за Россию.
Он делал то же, что ее отец. У них одни друзья, одни враги.
Прозвучали три двойных удара в колокол.
"Одиннадцать часов, как хочется поесть..." Таня вспомнила деликатесы,
оставшиеся на камбузе. Копченая колбаса, сдобные галеты, масло... Она, как
сейчас, видела, где лежат все эти вкусные вещи. Маленький шкафчик направо от
дверей...
Двенадцать... А все еще слышны голоса, шаги. Кто-то даже приоткрыл дверь
кладовки. Таня зарылась глубже в пахучие чехлы и сидела тихо, как мышь.
Тревога за своих, за Федю вновь охватила девушку: "Как будет с ними?
Вдруг после моего побега им стало хуже? Может быть, лейтенант сейчас
издевается над ними? Хорошо ли я сделала, что убежала?" Однако, вспомнив
красное пьяное лицо офицера, его злые глаза, Таня передернула плечами...
Нет. Поступить иначе она не могла.
Тревога сменя
Далее|
Назад