авленный крик, скрип диванных пружин, хриплую ругань.
Через несколько минут Потапенко и Сергей вернулись в рулевую.
- Готово, атаман, - сказал Потапенко, тяжело дыша. - Здоровый, черт, куда
бы его теперь, в сторонку?
- В ларь пока положим, тут за рубкой. Там повар картошку держит.
Наследника мучного лабаза вынесли из штурманской. Федя улыбнулся, увидев
на веревке знакомые кожаные топорики, флагдуки и другие отметины лотлиня. Во
рту у связанного торчала тряпка, осыпанная мелом. Сам он испуганно таращил
глаза.
Все правильно...
Быстро темнело. Тучи покрывали уже большую часть неба. Великанов на руле
следил за гакобортным огнем сторожевика, стараясь держать его слегка правее
форштевня. Вот огонь стал расплываться, замутился. "Туман... К добру ли, к
худу ли?"
В рулевую вошли сразу трое: Иван Степанович, Ломов и тот моряк, что
дежурил у буксира.
- Это наш, сочувствующий, - сказал Потапенко, - Максим Мальчиков.
И насторожился. Послышались нетвердые шаг
Далее|
Назад