этот рейс! Как она плакала: чуяло беду материнское
сердце. И все же упросила брата, Николая Анисимовича, взять на пароход, не
могла отказать сыну. "Ах, мама, мама..."
* * *
На столе в каюте капитана стояла почти пустая бутылка. Проповедник
похрапывал, привалившись к мягкой спинке дивана.
В кресле с каменным лицом сидела Таня. Она здесь тоже не по своей воле,
ей тоже запрещено переступать порог каюты... Да еще этот меркуловец... Он
основательно выпил и пытался угощать Таню то виски, то американским
шоколадом.
Однако во взгляде девушки молодой лейтенант читал временами нечто такое,
что удерживало его от излишней назойливости. Порой Таня незаметно
притрагивалась к груди, где у нее был спрятан нож.
Одуряюще пахли из капитанской спальни сухие лекарственные травы.
* * *
Старший лейтенант Монте фон Моргенштерн, волнуясь, вышагивал на мостике
сторожевика. Он старался получше уяснить, что произошло, какие перспективы
сулит ему
Далее|
Назад