только ноющую боль в виске. Ничего серьезного... -- Что вы сказали? Последних слов не слышал. Вы, вероятно, отрываете голову от шлема, и звуки ко мне не доходят. -- Да... Случайно. -- То-то... Сейчас, должно быть, выберусь. Ил сделался совсем жидкий. А у вас как? -- Вокруг меня он без перемен. По-прежнему густой. Я не могу быстро работать... Слабость... Задыхаюсь... -- Ну ничего! Потерпите, голубчик! Как только вылезу, начну рыть вам навстречу. Да вы отдохните, спешить некуда. Подкрепитесь своим какао... О нет! Горелов спешил, спешил изо всех сил. Чем ближе казалось спасение, тем более страстно, нетерпеливо стремился он к нему. Он работал, напрягая всю свою уже иссякающую энергию. Временами туман заволакивал сознание, голос Шелавина не доходил до него, но он продолжал почти машинально двигать слабеющими руками и сантиметр за сантиметром полз вперед, отвоевывая жизнь. -- Ну вот! Уф! Наконец-то! Выползаю
Далее|