шел в себя от изумления. Он
думал об этом мире, где жестокий закон жизни так обнаженно и тесно
переплетается со смертью.
Голос зоолога заставил его очнуться:
-- Что слышно, бичо? Ничего нового?
-- Ничего, Арсен Давидович... А у вас?
-- Тоже ничего, Павлик. Мне показалась подозрительной большая груда
камней, и я ее долго разбрасывал. Теперь пойду дальше...
Опять наступила тишина. Павлик осмотрелся. Вдали промелькнули несколько
зеленых и желтых огоньков и быстро исчезли из виду. Голубой конус прожектора
скользнул высоко над дном, смутно осветил своим отраженным, рассеянным
светом отдельные обломки и медленно пополз дальше, по черным стенам ущелья.
Но в обычном спокойствии дна Павлик теперь скорее почувствовал, чем увидел
какое-то неясное движение среди камней и обломков скал. Павлик подождал
возвращения луча прожектора в эту сторону и, наклонив его вниз, напряженно
всмотрелся. Тотчас же с подавленным криком он в ужасе и смятении отш
Далее|
Назад