ржит мои кисти клейкая лента. Удовлетворенно хмыкнув, он отошел назад, и на губах его закачалась тяжелая непонятная улыбка.
– Ну, пока, лопух, – сказал он.
И они вышли из гостиной в холл, чуть прикрыв за собой дверь. Потом я услышал, как открылась и закрылась за ними входная дверь.
В доме установилась гробовая тишина. Ни единого звука, только неестественно громкое тиканье часов на каминной полке.
С минуту я предпринимал отчаянные попытки освободить руки, но лента держала крепко. Я перестал дергаться и распластался на кушетке.
И тут я вспомнил о Люсиль. Ведь она лежит в спальне, привязанная к кровати! Может быть, ей удалось освободиться? Тогда она сейчас развяжет меня.
– Люсиль! – позвал я. – Люсиль! Вы меня слышите?
Я прислушался. Ответа не было. Не было вообще никаких звуков, разве что равномерно продолжали тикать часы да еще занавески легонько хлопали, когда их тревожил ветер.
– Люсиль! – Я уже кричал. – Отвечайте, Люсиль!
Полная тишина. На лице у меня вдруг выступил холодн
Далее|
Назад