ротянула мне.
– Посмотри, вот это – тебе.
Я открыл конверт и удивился. Там лежали облигации. Двадцать тысяч долларовых облигаций. Я отложил конверт и уставился на Марди.
– Это мои облигации, – сказала она неприятным голосом. – Их хватит нам с тобой, чтобы уехать и начать все сначала.
– Но Марди, это слишком большая сумма для такой девушки, как ты. Где ты их взяла?
– В «Маккензи…» Я собрала все, что мне давали за молчание. Спенсер…
– Я понимаю.
Она заплакала.
– О, Ник, скажи, что ты возьмешь эти деньги и уедешь со мной. Ну, пожалуйста…
Я сунул конверт под подушку.
– Может быть, мы отложим поездку до завтра? – предложил я. – Утро вечера мудренее, и мы все обсудим на свежую голову.
Я почувствовал, как напряглось ее тело.
– Нет, это надо сделать сейчас. Я не могу спать. Я должна знать. Это так важно для меня.
– Но почему, Марди? Почему ты хочешь скрыться?
– Но ты потеряешь меня, если вернешься назад, – зарыдала она. – Я не могу сказать тебе, почему, но я чувствую, что это сл
Далее|
Назад