, так что вы здесь единственный в своем роде, – сказала она и повела меня в свою контору. Через четыре часа я обладал превосходной квартирой из трех комнат с видом на море, с блистательным «кадиллаком» в гараже и с двадцатью тысячами долларов на счету в банке. И было у меня еще шесть свободных дней. Я сразу приобрел себе одежду, не считаясь с расходами и, не считая утомленного и поцарапанного лица, выглядел очень представительно. Сев в машину, я отправился к галерее Кендрика. Луи де Марке торопливо проводил меня в комнату. Толстяк бешено метался по комнате и кусал ногти. – Ради Бога! Что случилось? – взорвался он криком, как только я вошел. Я рассказал ему все, не упустив ни одного факта. Он внимательно слушал, пот покрывал его лицо и временами он снимал свой дурацкий парик и вытирал лысину платком. – Вот так все и было, – заключил я. – Полный провал. Вы знали, что у Верни больное сердце? – Конечно, нет! Уж не воображаете ли вы, милый, что я доверил бы ему такую операцию, зная,
Далее|